Современное оборудование, компетенции персонала и научные разработки — таковы составляющие успешной модели высокотехнологичной компании, убежден заместитель генерального директора по техническим продажам и инновациям ТМК Сергей Чикалов

 

 Трубная металлургическая компания (ТМК) начала поставлять заказчикам новую премиальную продукцию — теплоизолированные лифтовые трубы (ТЛТ) в исполнении Light. Такие трубы применяются в качестве насосно-компрессорных для обустройства нефтяных скважин в условиях вечной мерзлоты. За прошлый год компания отгрузила14,5 тыс. метров ТЛТ Light дочерней структуре Роснефти Тюменнефтегазу, а также совместному предприятию Роснефти и «Газпром нефти» — Мессояханефтегазу.

 Впервые ТЛТ Light запустили в эксплуатацию во втором полугодии 2016 года на объектах Тюменнефтегаза. ТМК была допущена к участию в тендере, по итогам которого получила право на поставку партии труб в объеме около 80 тыс. метров в 2017 — 2019 годах. До конца этого года компания планирует отгрузить заказчикам около 40 тыс. метров ТЛТ Light.

 Для выполнения заказов в течение этого года на Синарском трубном заводе планируется ввести в эксплуатацию дополнительные сварочные посты и установки неразрушающего контроля сварных соединений. В структуре продаж ТМК доля высокотехнологичной продукции составляет 35%, в планах — довести ее до половины.

 Историю и детали формирования высокотехнологичного производства мы обсудили с заместителем генерального директора по техническим продажам и инновациям ПАО «ТМК» Сергеем Чикаловым.

С научных позиций

 — Сергей Геннадьевич, как в ТМК складывалась модель вывода на рынок новой продукции?

 — У четырех основных заводов ТМК в российском дивизионе есть своя история, традиции, а главное — компетенции персонала. Это важнейшая составляющая культуры производства ТМК. Но к началу 2000-х годов производственная база наших активов выглядела сильно устаревшей: последние серьезные изменения в производственном комплексе заводов были сделаны в конце 80-х годов прошлого века.

 В 2004 году мы начали реализацию Стратегической инвестиционной программы техперевооружения. В течение десяти лет провели глубочайшую реконструкцию и модернизацию производства стоимостью более 4 млрд долларов. В конечном итоге создали совершенно новую технологическую базу в сталеплавильном и прокатном производствах. На Северском трубном заводе и Тагмете установлены самые современные агрегаты в трубопрокатном и сталеплавильном производстве, коренная модернизация проведена на Волжском трубном заводе. На всех наших предприятиях, в том числе за рубежом, мы обновили оборудование основных линий. Сейчас ТМК практически полностью обеспечивает себя собственным металлом и может делать практически любые марки сталей и типы труб на трех современных станах. ТМК, пожалуй, единственная в мире компания, в такой короткий срок системно поменявшая активы.

 Последние несколько лет мы занимаемся «шлифовкой», то есть дополняем производство отделочными операциями: это нарезка, покрытие, испытания и сдаточный неразрушающий контроль. Эта программа тоже практически завершена.

 Следующий логичный этап — поиск и применение научных знаний. Высокотехнологичная компания всегда поддерживает себя через разработки. Это весьма затратный сектор, но если затраты направлены на создание конкретных продуктов, они окупаются. Для этого необходимо было создать сеть подразделений Research and Development (R&D). И опять же у нас для этого была основа. В состав ТМК изначально входил челябинский РосНИТИ. Это ключевая база нашей корпоративной науки. Но набор компетенций РосНИТИ в основном направлен на технологические процессы, на их совершенствование, разработку новых продуктов, связанных непосредственно с трубой, материалами и способами нанесения покрытий. Мы запустили R&D в Хьюстоне: его специалисты занялись разработкой, созданием и испытанием резьбовых соединений. Понятно, что это деление условно, корпоративная наука занимается общими задачами.

 Но и этого оказалось недостаточно. Нам не хватает испытательной базы для резьбовых соединений, особенно для обсадных труб большого диаметра, потому что база в Хьюстоне имеет ограничения по диаметру. Нам нужны полигонные испытания и компетенции, связанные с развитием концептуального инжиниринга. Три года назад мы начали создание еще одного подразделения в Сколково, которое будет развивать как раз эти компетенции. Подразделение в Сколково — это в определенной степени центр будущего. Его специализация — создание, реализация и внедрение инноваций, направленных на долгосрочную перспективу.

Но система новых продуктов — это не только наука. Должен быть законченный бизнес-процесс, от нахождения идеи до ее формализации в бизнес-плане и последующем выведении на рынок. Мы такую модель создали, и сейчас это наше серьезное конкурентное преимущество. В рамках такой системы мы осваиваем в год около 40 — 50 новых продуктов. Совокупно российский и американский дивизионы компании продают в год на 170 млн долларов новой продукции.

Работа на опережение

 — Какой практический результат для промышленности дает реализация такой модели?

 — Приведу один конкретный пример. ТМК освоила более 99% необходимой Газпрому трубной продукции, ранее закупаемой по импорту.

 — То есть факт импортозамещения можно считать состоявшимся?  

 — Для нас импортозамещение — это конкретная проблема создания в Российской Федерации зарубежных аналогов. Мы ее решили. Теперь нужно двигаться дальше. Мы начали не просто заменять иностранных поставщиков, а предлагать абсолютно новые продукты на рынке. Сейчас мы в компании больше говорим о импортоопережении — вся команда нацелена на создание продукта, которого еще нет в мире, а затем на продвижение его использования в России и за ее пределами. Мы помогаем американским коллегам в тех или иных процедурах освоения некоторых продуктов, продвигаем отечественные разработки на американском рынке. Мы считаем, что наши отечественные разработки могут представлять большой интерес для иностранных покупателей трубной продукции, в связи с чем разрабатываем план НИОКР, который определяет приоритеты компании с учетом потребностей нашего американского дивизиона.

Трубы с премиальным резьбовым соединением TMK UP на Юрхаровском месторождении

 Понятно, что в мире существуют различные факторы, которые могут оказывать влияние на распространение такой продукции, но мы уверены, что определять правила будут законы рынка: если продукт качественный — контракты будут.

 Мы уже по многим характеристикам опережаем конкурентов, в том числе и по скорости исполнения заказа. Конечно, есть ценовые аспекты, но это решается за счет поиска нестандартных финансовых инструментов. Один из них мы уже начали применять. Это договор на поставку импортозамещающей продукции под гарантированные объемы поставок будущих лет, мы его называем «Договор будущей вещи», который мы заключили с Газпромом. ТМК создает новую продукцию под гарантированные объемы реализации, то есть мы обязуемся за фиксированные сроки и на собственные средства наладить производство узкоспециализированой продукции, которую Газпром пока импортирует. Например, трубы из стали мартенситного класса 13 «хром» и «суперхром», трубы с технологией сухой смазки GreenWell, трубы из специализированных хромоникелевых сплавов и в сероводородстойком исполнении. Всего шесть групп продуктов. Выпуск пяти уже освоен. В этом году закончим освоение производства последней группы, планируем поставить заказчику в рамках договора 11 тыс. тонн продукции. Получается, что Газпром платит не больше, чем платил бы за зарубежное оборудование, но при этом получает продукт российского производства. Ну а после налаживания производства мы, возможно, выйдем и на другое ценообразование, более выгодное для заказчика.

 — Добыча углеводородов, как известно, смещается в районы месторождений с трудноизвлекаемыми запасами, в сейсмически активные регионы, на шельф Арктики и в глубины Северного Ледовитого океана. Какие требования к качеству и характеристикам труб в связи с этим предъявляют заказчики? На какие технологические вызовы приходится отвечать?

 — Исторически сложилось, что западные компании начинали работать в районах с труднодоступными ресурсами, в том же Северном море, что подталкивало к развитию и трубную промышленность. Мы в России долгое время работали в более простых условиях, но освоение новых месторождений и у нас дало стимул для перехода на производство более сложных продуктов. Сначала изготовление таких продуктов носило разовый характер. Это были конкретные задачи, например, для освоения Астраханского газоконденсатного месторождения, где есть свои условия эксплуатации, или освоение месторождений в районах Крайнего Севера. Для нас это были сегментированные ниши с небольшими объемами очень интересных и очень сложных продуктов.

 Сейчас мы в компании больше говорим о импорто-опережении — вся команда нацелена на создание продукта, которого еще нет в мире, а затем на продвижение его использования в России и за ее пределами

 Какое-то время у российских трубников, и у нас в том числе, руки не доходили до специальных сегментов, мы закрывали общую потребность. Но постепенно мы вышли на новый уровень задач через формирование технологической и собственной научной базы. Сегодня ТМК реагирует на вызовы с опережением и стремится как можно раньше оценить потребности клиента.

 Так постепенно мы пришли к созданию великолепной лабораторной базы, у нас сегодня очень хорошая статистика по поставляемым продуктам, и самое главное — репутация надежного производителя. Наш 16-летний опыт позволяет не просто реагировать на то, что рынку нужно, а предлагать решения, которые рынок еще только обозначил.

 У нас есть предложения для любых сегментов рынка премиальных соединений благодаря нашей линейке TMK UP, а это около 20 соединений разных типов. Мы можем делать продукты для различных условий строительства и эксплуатации скважин, включая наиболее сложные: скважины с большими горизонтальными участками, сверхглубокие скважины, скважины для специальных способов добычи, в том числе для сланцевой нефти.

 — Сергей Геннадьевич, если очень коротко, из чего складывается статус высокотехнологичной компании?

 — Современное оборудование, компетенции персонала и научные разработки. Именно это позволяет ТМК уже восемь лет сохранять мировое лидерство по объему реализации стальных труб.

Автор: Перечнева Ирина

Одна заграница нам мешает, другая нам поможет. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (25 июня — 2 июля 2017 г.)

 

 Первое полугодие завершилось на российском рынке стали без каких-либо больших потрясений. Ситуация в отечественной экономике мало-помалу продолжает выправляться, видимый спрос на стальную продукцию постепенно увеличивается. Благодаря этому потихоньку растут цены на арматуру, а в секторе листового проката появился какой-то свет в конце туннеля. По крайней мере, меткомбинаты ставят вопрос о фактическом повышении по июльским контрактам.

 При этом в качестве одного из основных аргументов в пользу стабилизации и роста цен на стальную продукцию в России приводится улучшение обстановки на мировом рынке. Действительно, отечественные компании не без оснований рассчитывают на увеличение экспортных котировок на листовой прокат в июле, а подорожание металлолома и арматуры в Турции должно потянуть за собой вверх и российскую заготовку.

 Таким образом, Китай и Турция, получается, снова помогают российским производителям, естественно, преследуя свои интересы. В Турции после крайне невыразительного начала года, когда видимое потребление стали в стране, сокращалось по сравнению с прошлогодним графиком, происходит подъем в строительной отрасли благодаря запуску новых проектов в сферах туризма, инфраструктуры, промышленности. А основой для него, похоже, стало укрепление политической стабильности. После того как президент Реджеп Эрдоган выиграл референдум, значительно укрепивший его власть в стране, и стал полноценно сотрудничать с Россией, Ираном и Сирией, и в национальной экономике как-то дела пошли на лад.

 Китай же, можно сказать, демонстрирует очередное экономическое чудо. Предполагалось, что летом активность на местном рынке стали пойдет на спад из-за негативных изменений в секторе жилищного строительства. Китайские власти опять начали закручивать гайки, препятствуя спекулянтам недвижимостью взвинчивать цены. Однако проблема в том, что на них сейчас приходится значительная часть платежеспособного спроса на жилье, так как приобретение квартир, особенно, в крупных городах на побережье, стало непосильным для большей части населения страны.

 По логике, потребление стальной продукции в Китае сейчас должно снижаться. Помимо жилищного строительства, неблагоприятные показатели показывает автомобилестроение после отмены в апреле налоговых льгот на покупку малолитражек. Наконец, власти пытаются сдерживать кредитование промышленных и строительных компаний, чтобы не накапливалась проблемная задолженность.

 Но несмотря на все эти негативные факторы прибыль китайских компаний растет, расширяются инвестиции частного сектора в основной капитал, а цены на стальную продукцию в стране идут вверх. Только за последнюю неделю арматура на Шанхайской товарной бирже подорожала на 8%, а стоимость импортной железной руды, по оценкам Metal Bulletin, возросла более чем на 14% и достигла наивысшего значения более чем за три месяца. Китайские металлурги, выстраивая экспортные котировки по внутреннему паритету, уже предлагают горячекатаные рулоны на $15-20 за т дороже, чем их российские коллеги (если сравнивать цены FOB), а для заготовки разница достигла $40 за т.

 Подъем в Китае можно объяснить двумя основными причинами. Во-первых, закрытие мелких заводов, выплавлявших дешевую низкокачественную сталь, расчистило рынок и позволило более крупным и современным заводам нарастить продажи. А во-вторых, правительство страны реально занимается стимулированием экономического роста, в частности, посредством реализации крупных инфраструктурных проектов и путем поддержки высокотехнологичных отраслей.

 Кстати, именно такого подхода ждут от отечественных властей и российские граждане. Во всяком случае, так пишут «Ведомости», ссылаясь на опросы, проведенные в Институте социальной политики НИУ ВШЭ и Институте социологии РАН. По данным этих опросов, больше половины респондентов поддержали модель экономики с сильным государственным планированием и только 26% высказались в пользу преимущественно рыночных отношений. Причем по сравнению с аналогичными опросами пятилетней давности доля «рыночников» уменьшилась на 6 процентных пунктов, т. е. почти на 19%, а «планировщиков» — превысила 50%.

 Авторы исследования при этом считают, что люди голосуют против рыночной модели, потому что снижающийся уровень благосостояния заставляет их со все большей ностальгией вспоминать о советском прошлом. Пожалуй, с этим трудно в полной мере согласиться. Советской власти в России нет уже больше четверти века, и не следует уподобляться некоему клоуну, исполняющему в одном месте должность президента, склонному обвинять «проклятое советское прошлое» во всех грехах вплоть до предельной коррумпированности местной верхушки.

 По-видимому, голосование в пользу планирования в значительной мере вызвано растущим разочарованием в современной российской рыночной экономике. Безусловно, в нашей стране есть много эффективных частных компаний, показывающих примеры успешного развития. Так, например, в рейтинге самых конкурентоспособных металлургических компаний мира, составленном World Steel Dynamics, второе место заняла российская группа «Северсталь», уступившая многолетнему лидеру — корейской Posco, а на четвертое поднялась группа НЛМК. Однако многие представители отечественного бизнеса все еще сохраняют разбойничью психологию 90-х с полным пренебрежением стратегией во имя сиюминутного хапка.

 Еще одна проблема заключается в том, что российское правительство, предпочитающее действовать, в основном, рыночными методами, пока не в состоянии решить давно назревшие в стране насущные задачи или, вернее, решает их, но весьма медленно. Это относится и к обеспечению экономического роста в целом, и к поддержке обрабатывающих отраслей промышленности, и к борьбе с коррупцией, и к повышению доходов населения. Все это накладывается на сохраняющиеся очевидные недостатки в информационной политике, здравоохранении, образовании, на растущее расслоение общества.

 Государственные корпорации способны решать весьма масштабные задачи. Это и «Газпром» с его «потоками», и «Росатом», и ОАК с новым самолетом МС-21, даже многократно обруганная «Роснефть», планирующая строительство двух крупных нефтехимических комплексов в Поволжье и Восточной Сибири. На уровне отдельных проектов — Керченского моста, «Ямал-СПГ», «ЗапСибНефтехима» обеспечивается успешное сотрудничество государства и крупных частных компаний. Но массовых масштабов эта тенденция пока не принимает.

 Скорее, результаты опросов Института социальной политики НИУ ВШЭ и Института социологии РАН следует воспринимать как «общественный заказ» на качественное государственное управление. Достижение 2% роста ВВП к началу осени, как считает министр экономического развития Максим Орешкин, — это, может, неплохо по сравнению с двумя предыдущими годами, но еще слишком мало, чтобы хотя бы вернуться на докризисный уровень.

 Хотя, с другой стороны, экономические чудеса сами по себе не происходят. Тот же Китай может вкладывать сотни миллиардов долларов в строительство высокоскоростных железнодорожных магистралей, уникальных мостов и целых городов, потому что зарабатывает эти средства за счет резко положительного внешнеторгового баланса. А он возник, прежде всего, благодаря тому, что западные страны некогда открыли свои рынки для китайского ширпотреба и пока не собираются их закрывать, ограничивая импорт только отдельных товарных групп — стальной и алюминиевой продукции, солнечных панелей, некоторой химии. Точно так же, опираясь на экспорт в США и Европу, поднялись в свое время Япония, Южная Корея, Турция…

 Нам таких подарков никто не даст. И расширение внешних поставок отечественной машиностроительной продукции, к которому призывал президент на расширенном заседании бюро Союза машиностроителей России и ассоциации «Лига содействия оборонным предприятиям», представляет собой исключительно сложную задачу, которую можно успешно решить только при действенной поддержке государства. Пора, наконец, привыкнуть к той мысли, что западные страны предоставляют своим промышленникам столько преференций, сколько никакому Китаю не снилось! А все обвинения в адрес китайцев, якобы забивающих мировые рынки своей «субсидируемой» продукцией, — это обычное западное лицемерие, помноженное на двойные стандарты.

 Совершенно откровенно действуют в этом плане США, где, похоже, подходит к концу расследование, которое должно показать, насколько опасным для интересов национальной безопасности является импорт продукции из стали и алюминия. Практически никто не сомневается в том, что по его итогам американцы начнут отгораживаться от иностранных поставщиков пошлинами и квотами, а их примеру с готовностью последует Европейский Союз. Вопрос остается лишь в том, когда об этом будет объявлено во всеуслышание.

 Те же самые цели поддержки национальных производителей преследует и недавняя инициатива американского президента Дональда Трампа о превращении США в «энергетическую сверхдержаву». Основная ирония здесь заключается в том, что американцы на самом деле мало что могут предложить мировому рынку. Американский нефтяной экспорт представлен, в основном, сланцевой легкой нефтью и конденсатом, которые относительно слабо востребованы в нефтеперерабатывающей отрасли (отчего и в США этой продукции избыток).

 А превращению США в ведущего экспортера сланцевого газа мешает относительная дороговизна этого ресурса. Дело в том, что на сжижение-разжижения и транспортировку СПГ необходимо потратить достаточно серьезные средства. В пересчете на тысячу кубов это будет почти столько же, сколько сейчас стоит газ на европейском спотовом рынке. Именно по этой причине европейские СПГ-терминалы работают в последние годы менее чем на 25% мощности, а большая часть закупок сжиженного газа в прошлом году пришлась на страны, испытывающие дефицит трубопроводного газа, — Великобританию, Испанию, Италию. «Газпром» же в первом полугодии нарастил экспорт газа в страны дальнего зарубежья на 12,4% по сравнению с тем же периодом прошлого года.

 По этой причине американцам для продвижения своего газа на внешние рынки приходится задействовать политические рычаги — санкции против России, направленные против «Северного потока-2» и недавний наезд на Катар, который является крупнейшим экспортером СПГ. И, пожалуй, следует ожидать, что этот протекционизм с политическим уклоном будет только усиливаться.

 В этой обстановке нам остается только усерднее развивать внутренний рынок, не бояться реально поддерживать промышленность и строительство и крепить связи с дружественными и нейтральными странами, поскольку расширение экспорта — это действительно весьма действенное средство для стимулирования собственной экономики. Если кому-то мы мешаем самим фактом своего существования, то другие нам помогут!

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

3,8 млрд рублей ММК инвестирует в природоохранную деятельность

 

 Это планы на 2017 год. До 2025 года в реализацию экологической политики ММК планируется вложить более 35 млрд рублей. Приоритетное направление — снижение выбросов загрязняющих веществ в атмосферу. Наиболее значимые проекты — завершение в нынешнем году реконструкции сероулавливающей установки №2 в аглоцехе, строительство систем аспирации литейных дворов на доменных печах №9 и №10, реконструкция систем газоочистки на двухванном сталеплавильном агрегате и агрегатах доводки стали в электросталеплавильном цехе и начало реконструкции системы оборотного водоснабжения ММК.

 По словам директора по охране труда, промышленной безопасности и экологии ММК Григория Щурова, в 2018 году будет полностью завершена переработка отвальных металлургических шлаков комбината, объем которых еще несколько лет назад исчислялся десятками миллионов тонн. Сейчас их осталось чуть больше 7 млн тонн, и уже со следующего года ММК будет перерабатывать только текущие металлургические шлаки.

Автор: Коваленко Артем

Холодное лето. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (18-25 июня) 2017 г.

 Вокруг нас постоянно что-то происходит, а будто бы ничего не происходит. Информации много, но вся она какая-то разрозненная, словно те деревья, за которыми не видно леса. Количественные изменения накапливаются, постепенно нарастая как снежный ком, но вопреки законам диалектики никак не переходит в качественные. Тем не менее, какие-то тенденции удается отслеживать, хоть они и не приводят пока к очевидным, заметным для всех изменениям.

 Российская экономика будто угодила в вилку. С одной стороны, правительственные круги пытаются доказать, что все совсем не плохо, а даже вполне хорошо. По итогам мая Министерство экономического развития дало неожиданно высокие данные по темпам роста ВВП — целых 3,1% по сравнению с тем же периодом предыдущего года. Промышленное производство прибавило аж 5,6%, причем обрабатывающая промышленность, ранее отстававшая от добычи полезных ископаемых, — 5,7%.

 Так и хочется спросить: а где они видят этот рост?! Однако на самом деле он есть, и те, кто отказывают отечественной экономике в каких-либо благоприятных переменах, занижают ее результаты, попадая не выше, как власти, а ниже мишени. Так, очевидно, заметный вклад в майские показатели дало, казалось бы, безнадежно депрессивное строительство. В мае объем строительных работ в сравнимых ценах прибавил 3,8% по сравнению с тем же периодом прошлого года, а спад в жилищном строительстве, по итогам января-апреля превышавший 13%, уменьшился до 2,5%.

 Конечно, здесь сыграл свою роль эффект низкой базы. Май прошлого года — это рекордный взлет цен на арматуру, зашкаливавших на пике за 43 тыс. руб. за т для продукции А500С размером 12 мм. Эта дороговизна тогда, конечно, здорово подкосила стройку. В этом году ситуация по-прежнему сложная, но хотя бы без экстримов. Спрос на стальную продукцию строительного назначения не то, чтобы очень хороший, но растет. Это показывают и постепенное укрепление цен на арматуру, которое идет с начала июня, и расширение производства металлоконструкций, и относительная устойчивость котировок на оцинкованную сталь и толстолистовой прокат на фоне провала горяче- и холоднокатаных рулонов, на чьем рынке, похоже, в этом году случилось банальное перепроизводство.

 И даже если улучшение в строительстве имеет временный характер, можно указать в качестве другого примера автомобилестроение. По итогам мая легковых автомобилей произведено на 15,6% больше по сравнению с тем же месяцем прошлого года, грузовых — на 38,1%. За пять месяцев — рост на 20,7% по легковушкам и на 18,3% по грузовой автотехнике. Безусловно, и здесь на полную мощь работает эффект низкой базы. Год назад у нас на авторынке был ужас-ужас-ужас, сейчас же просто неважно, без излишней экспрессии.

 Впрочем, статистика, оперируя темпами роста ВВП и прочими макроэкономическими показателями, показывает не столько абсолютную картину, сколько относительную. Крайнюю точку спада экономика прошла, и прошла уже довольно давно — это факт, который никто не оспаривает. Равно как и другой факт — что нынешнее положение вещей по-прежнему очень далеко от желаемого. Мы ведь все (или всё) норовим сравнить текущую картину с мирным «довоенным» тринадцатым годом!

 Поэтому, как говорится, одна ласточка весны не делает, а один удачный месяц — подъема. Посмотрим, что покажет июнь, а покажет он, скорее всего, не такие благоприятные результаты, как май. Арматура в последние несколько недель да, растет, но зато на протяжении всего месяца на российском рынке валится тонколистовой прокат. И дело здесь не столько в жесткой агрессивной конкуренции со стороны казахов из ArcelorMittal, сколько в затоваренности. Металлурги переоценили реальный спрос на стальную продукцию и перебросили слишком много металла на ответственное хранение на склады дистрибьюторов, а теперь не могут остановиться, чтобы дать рынку возможность потребить этот прокат.

 Правда, вероятно, «дно» в этом падении уже достигнуто. Внутренние цены на листовую продукцию, спасибо снижению курса рубля, практически вышли на уровень экспортного паритета. При том, что стоимость российского проката за рубежом достаточно устойчивая. В связи с этим понятно желание металлургов признать потери по июньским контрактам, но установить для июльских определенную планку, ниже которой опускаться уже нельзя либо можно, но очень не хочется.

 Ситуация на мировом рынке, тем временем, развивается весьма нетривиально. Китайцы подняли экспортные котировки на листовой прокат до самого высокого уровня с начала апреля. Сортовой прокат и заготовка предлагаются, как правило, по более высоким, чем у конкурентов, ценам. Это обуславливает относительно низкие объемы китайского экспорта стали и освобождает на рынке место для поставщиков из других стран — России, Украины, Индии, Турции, Ирана. У российских металлургов могут быть проблемы, скажем, с продажами горячекатаных рулонов в Евросоюз или заготовки в Турцию, но падение цен на их продукцию им в обозримом будущем, скорее всего, не угрожает.

 Скорее, извне к нам идут другие угрозы — продолжающийся спад на мировом рынке нефти и усиление санкционного давления со стороны США. Серьезные риски возникли для крупного энергетического проекта — газопровода «Северный поток-2». А дешевая нефть, хотя и не должна повлиять на объем расходов государственного бюджета, снова увеличит его дефицит. Кроме того, она создала дополнительное давление на рубль, опустившийся до февральского уровня. Может, для российских экспортеров это и хорошо, но для экономики в целом плохо. Хотя бы потому, что усиливает негативные настроения.

 Между тем, психологические факторы сейчас очень важны. Потому что неуверенность в будущем, недоверие к политике властей, тревожные ожидания оказывают самое непосредственное и явно неблагоприятное воздействие на, так сказать, инвестиционный климат. Затягивают его мрачными тучами, как надоедливые арктические циклоны — небо над Москвой. Слишком жаркое лето — это нехорошо, но лето холодное и дождливое, наверное, еще хуже, так как отнимает всякое желание что-то делать.

 Однако погода — вещь переменчивая. Да и настроения на рынке могут улучшиться. Пожалуй, более серьезной проблемой, затрудняющей рост российской экономики, является наша традиционная беда — дураки, в смысле, некомпетентность, помноженная на воровство. Отчет Счетной палаты Госдуме за 2016 г. производит просто шокирующее впечатление. Сообщается, что общая сумма выявленных нарушений и недостатков достигла в прошлом году умопомрачительной суммы — 965,8 млрд. руб., на 87% больше, чем годом ранее. При этом по итогам проверок было возбуждено всего лишь 45 уголовных дел, а в бюджет удалось вернуть только 8,8 млрд. руб. — жалкие 0,9%!

 О чем это говорит? Прежде всего, о низкой эффективности государственного управления и контроля. Судя по докладу главы Счетной палаты Татьяны Голиковой, чуть ли не двукратный рост выявленных нарушений говорит не только о том, что стали больше воровать и химичить, но и о том, что ранее многие злоупотребления вообще оказывались незамеченными. Так, до 2015 г. вообще не проводилось инвентаризации незавершенного строительства. Лишь два года назад президент дал поручение повысить эффективность использования бюджетных средств — кстати, из 16 пунктов этого поручения были в той или иной степени выполнены только пять.

 Проверки Счетной палаты показали также катастрофическое неумение либо нежелание многих начальников использовать уже выделенные государственные средства. В рамках Федеральной адресной федеральной программы в прошлом году введено в строй лишь чуть больше половины запланированных объектов. В ряде регионов провалено дорожное строительство. То-то металлурги весь прошлый и первую половину этого года замечали, что почему-то слишком мало денег идет в реальный сектор экономики. Вот потому-то они и не идут!

 И проблема не ограничивается низким качеством управления в местных органах власти. Зампред Внешэкономбанка Петр Золотарев, выступая на форуме «Технопром-2017», пожаловался на низкое качество проработки проектов диверсификации российских оборонных предприятий. Расширение выпуска гражданской продукции лидерами российского оборонпрома в стратегическом плане может стать одним из важнейших источников экономического роста экономики страны в ближайшие годы, вот только задача эта решается из рук вон плохо. По словам Золотарева, из 95 проектов, заявленных с начала текущего года, первичный фильтр смогли пройти меньше 10. Остальные просто не продуманы ни с экономической, ни с финансовой, ни с маркетинговой точки зрения.

 Вот по этой причине в России слабо применима стратегия кредитной накачки экономики, которую уже давно пытается продвигать «Столыпинский клуб» Бориса Титова. Кстати, весьма символично, что эта организация названа в честь известного реформатора, который начал свои преобразования, не делая поправок, так сказать, на реальную действительность. В результате плохо кончили, и он сам, и его дело.
Массовое предоставление дешевых займов под инвестиционные проекты в наших условиях, скорее всего, приведет к тому, что деньги получат не те, кто реально смог бы использовать их во благо своего бизнеса и страны в целом, а всякие «приближенные», «нужные» и «знакомые», не говоря уже о разнообразных родственниках уполномоченных лиц. Назначение на важные посты что в государственном управлении, что в бизнесе по принципу знакомства и родства в противовес компетенции и так является одной из главных причин недостаточной эффективности российской экономики, а если речь пойдет еще и о достаточно больших деньгах, то, как говорится, вообще сливай воду.

 Хотя поддержка наиболее динамичного и квалифицированного среднего и выше среднего бизнеса России нужна как воздух. На состоявшихся не так давно в Москве выставках «Металлоконструкции-2017» и «Металлургия. Литмаш. Трубы» некоторые участники с нескрываемой завистью говорили о европейской практике. Там положительно зарекомендовавшей себя компании, создающей высокооплачиваемые квалифицированные рабочие места, осваивающей выпуск высокотехнологичной продукции, увеличивающей доходы и налоговые платежи, дадут и грант на приобретение современного оборудования, порой, покрывающий 70-75% стоимости покупки, и «длинный» кредит с фактически отрицательной ставкой, и налоговые льготы — только работай!

 Даже если это слишком хорошо, чтобы быть правдой, именно такой помощи от государства хотели бы отечественные предприниматели, причем, не пилильщики откатов, а те, кто реально развивают свои компании, создают что-то новое, осваивают новые направления. Так, в последние два-три года в России все активнее занимаются сборкой на наших площадках передовых иностранных станков. Пусть пока на 90-100% из импортных комплектующих, но ведь и отечественный автопром когда-то начинал с отверточной сборки, а потом из нее выросла целая отрасль экономики по производству автомобильных узлов и деталей!

 Когда-то царь Николай I, к слову сказать, не худший из тех, что занимали российский трон, страдая от дикого кадрового голода, заявил, что умные ему не надобны, нужны верные (по крайней мере, так это передавал академик Тарле). Он был категорически не прав. Сейчас нужны не только верные, но и умные, а еще и честные. Очень нужны, просто необходимы. Потому как это и есть тот самый человеческий капитал, без которого ни наша экономика, ни страна просто не поднимется.

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Расчеты и риски. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (11-18 июня) 2017 г.

 

 Первая половина июня была относительно спокойным периодом для мирового рынка стали, но в России в это время наблюдались весьма серьезные изменения цен на прокат. В целом несмотря на начало сезонного роста отечественный спрос на стальную продукцию остается сравнительно невысоким, а избыточные складские запасы и излишек предложения продолжают оказывать давление на рынок. Правда, пока что металлургам оказывает поддержку относительная стабильность за рубежом, но сколько еще она продлится?

 Последние две недели были достаточно удачными для российских поставщиков арматуры. Благодаря ликвидации большей части избытка продукции на складах и некоторому оживлению конечного потребления спотовые котировки прекратили падение, продолжавшееся еще с января. Московские дистрибьюторы даже немного повысили цены в прайс-листах, а у производителей появилась реальная надежда на небольшое подорожание при заключении июльских контрактов. Правда, по-прежнему существует риск перепроизводства, поскольку обстановка в строительной отрасли стабилизировалась, но еще не начала меняться к лучшему.

 Более сложной выглядит ситуация с листовым прокатом. Стоимость его продолжает падать, и падать достаточно быстро. К середине июня спотовые цены на тонколистовую горячекатаную продукцию в Москве опустились до уровня апреля прошлого года, и это еще, возможно, не конец. На рынке по-прежнему гремит ценовая война между казахстанским меткомбинатом «АрселорМиттал Темиртау» и ведущими российскими производителями. Кроме того, сказывается «перепроданность» первого квартала. Особой нехватки стальной продукции никто не испытывает, поэтому многие потребители откладывают сделки, рассчитывая, что через неделю или две нужный товар обойдется дешевле.

 Конечно, рано или поздно с рулонами произойдет то же самое, что и с арматурой. Котировки дойдут до дна и оттолкнутся от него. Вопрос лишь в том, когда этого ждать. С одной стороны, в игру на понижение можно играть достаточно долго. Себестоимость у российских меткомбинатов невысокая, сырье дешевеет, а нынешние цены все еще субъективно воспринимаются некоторыми участниками рынка как завышенные. С другой, роль своеобразного «якоря» может сыграть экспортный паритет. Пока российские металлургические компании продают горячекатаные рулоны за рубеж, как минимум, по $440 за т FOB, опускаться им менее чем до 30 тыс. руб. за т CPT Москва с НДС решительно не интересно.

 Однако останутся ли экспортные котировки на этом уровне в обозримом будущем или понизятся? Ответ на этот вопрос в значительной мере зависит от действий коллег в Китае, Индии, Турции и странах Евросоюза.

 Китайские металлурги, прежние «возмутители спокойствия» в глобальном масштабе, в последние месяцы ведут себя на удивление спокойно. Приоритет однозначно отдается внутренним продажам, а экспортные котировки на горячекатаный прокат уже больше месяца колеблются в узком интервале, нижняя граница которого соответствует $425-430 за т FOB. При этом на важные для нас рынки Средиземноморья и Европы китайцы практически не претендуют, довольствуясь Восточной Азией и зоной Персидского залива (плюс находящийся по соседству Пакистан).

 Очевидно, китайский экспорт стали не будет представлять собой угрозу для стабильности мирового рынка, пока у металлургов все благополучно у себя дома. И здесь, с одной стороны, есть причины для беспокойства. В Китае, похоже, началось торможение в секторе жилищного строительства: уж слишком много непроданных площадей накопилось за последние годы и слишком уж выросли цены на недвижимость в городах-миллионниках. В апреле-мае, судя по статистическим данным, стагнация распространилась на такие отрасли как автомобилестроение и производство бытовой техники. Постепенно дешевеет железная руда: импортный материал понизился до уровня годичной давности.

 Но, с другой стороны, негативные тенденции в китайской экономике накапливаются, но пока не привели к радикальным негативным изменениям. Стоимость проката на местном рынке несколько понизилась по сравнению с серединой мая, но не опускается ниже определенного уровня, кстати, достаточно приемлемого. Так, спотовые цены на горячекатаные рулоны на крупных региональных рынках составляют не менее $470-480 за т с НДС. В сочетании с относительной дешевизной руды и коксующегося угля это обеспечивает китайским компаниям достаточную рентабельность.

 Похоже, китайское правительство, продолжая мероприятия по стимулированию экономики, продолжает удерживать ситуацию под контролем. К тому же, здесь есть и политические моменты. Осенью в Китае состоится очередной партийный съезд, и до этого времени важно не допускать никаких кризисных явлений. Поэтому, пожалуй, можно предположить, что в обозримом будущем китайские производители стали демпингом заниматься не станут и экспортные котировки на горячекатаный прокат ниже $400 за т FOB не опустят.

 Весной этого года порой весьма агрессивно на мировом рынке вели себя индийские компании, предлагавшие горячекатаные рулоны даже в Турцию по весьма конкурентоспособным ценам. Но сейчас ситуация для них не выглядит критической. Прежде всего, в последние месяцы в Индии начал оживать внутренний спрос на стальную продукцию. Экспортные котировки индийских производителей не опускаются ниже китайских, а приоритетным рынком для них стала Европа, где конкурировать с китайцами вообще не надо.

 Правда, на европейском рынке индийские металлурги конкурируют с российскими, но здесь отечественных производителей подстерегает более серьезная опасность. В начале октября Европейская комиссия должна либо вводить антидемпинговые пошлины на горячекатаные рулоны из России, Украины, Ирана, Бразилии и Сербии, либо отказаться от этой затеи совсем. Региональное металлургическое лобби выступает за пошлины, поэтому многие европейские трейдеры, очевидно, будут осторожничать и воздерживаться от заключения контрактов на октябрь и последующие месяцы.

 В то же время, был период — с января по апрель текущего года, когда российские меткомбинаты практически приостановили поставки горячекатаного проката в Евросоюз. Экспорт упал от более 200 тыс. до 5-10 тыс. т в месяц. И ничего — не разорились. Хотя нынешний избыток предложения на российском рынке растет именно из того времени.

 Так или иначе, европейские пошлины — это опасность просчитанная. Менее определенной выглядит ситуация в Турции. В этом году там вообще наблюдались большие перекосы. В первые три-четыре месяца текущего года — провал во внутреннем потреблении, особенно, сортового проката. Зато местные металлурги очень хорошо поднялись на экспорте — сортового проката в США и Юго-Восточную Азию, а листового в ЕС. С мая, когда политическая обстановка в стране более-менее устаканилась, уже местные потребители начали интенсивную закупочную кампанию. Это позволило российским компаниям стабилизировать котировки на горячекатаный прокат за счет турецких импортных заказов.

 Представляется, что, как минимум, в ближайшие несколько недель с Турцией больших проблем не будет. А если Еврокомиссия введет таки пошлины в октябре, повторится ситуация начала текущего года. Турецкий горячекатаный прокат хлынет в Европу вместе с индийским, а российские меткомбинаты станут заполнять возникшие пустоты на турецком рынке. Такая вот система сообщающихся сосудов в мировой торговле.

 Посему и представляется, что цены на горячекатаный прокат в России могут опуститься еще на 2-3 тыс. руб. за т по сравнению с нынешним уровнем, но не больше, а там падение должен будет остановить экспортный паритет. А существенное понижение зарубежных котировок на российскую листовую продукцию выглядит пока маловероятным.

 Конечно, хотелось бы говорить не о прекращении спада, а о росте, но тут уже не обойтись без восстановления внутреннего рынка. А с этим пока есть сложности. Как отметил сам президент в ходе прямой линии, экономический рост, вроде бы, как и есть, но его пока не слишком видно, как того суслика из кинофильма. Хотя российская экономика, по мнению министра экономразвития Максима Орешкина, находится в настоящее время в сбалансированном состоянии и готова перейти на курс длительного подъема, внешние риски для нее в последнее время заметно возросли.

 Прежде всего, опять пошли вниз цены на нефть. Биржевые котировки на «брент» опустились почти до $45 за баррель, и все по той же причине — вследствие расширения добычи сланцевой нефти в США. Кроме того, американская экономика, похоже, находится не в лучшем состоянии и снизила потребление нефти, что приводит к увеличению избытков предложения.

 Впрочем, в российском правительстве в бюджет и так заложили нефть по $40 за баррель, так что ее удешевление приведет лишь к расширению бюджетного дефицита, сузившегося за первый квартал, и не должно отразиться на текущих расходах. Судя по всему, с восстановлением нефтяных котировок придется подождать до 2019-2020 гг., когда рынок, наконец, почувствует эффект от падения капиталовложений в разведку и добычу с 2015 г.

 Сейчас у России вырисовывается другая проблема, тоже связанная с нашими заклятыми «партнерами». США, похоже, всерьез решили взять на себя роль… ну, не бензоколонки, так газовой колонки и занялись типично бандитским выбиванием с рынка конкурентов для своего сжиженного газа. Сначала наехали на Катар, который является крупнейшим игроком на мировом рынке СПГ, теперь объявили новые санкции против России, открыто направленные против проектов строительства новых газопроводов в Европу. И вообще, по-видимому, экономическое и политическое давление на нас будет в ближайшее время нарастать.

 Российские же власти, судя по прямой линии президента и недавним заявлениям ответственных лиц, продолжают двигаться и вести за собой страну прежним курсом — путем медленных, постепенных, но фундаментальных изменений. Колесики государственного механизма крутятся очень неторопливо, порой вхолостую, но задают определенное направление.

 Так, мало-помалу создаются новые механизмы стимулирования экономического роста за счет инвестиций. Во время прямой линии президент говорил о возможной постройке моста или туннеля на Сахалин — стройке, по своим масштабам превышающей Керченский мост и способной дать мощный толчок в развитии всего Дальнего Востока. Запускается программа реновации жилья в Москве, которая в дальнейшем, вероятно, распространится и на другие города. Ближе стала высокоскоростная железнодорожная магистраль «Москва — Казань».

 В ВЭБе, сильно погоревшем на проблемных кредитах, создается масштабная система оценки проектов, которая, возможно, станет основой для расширения кредитования реального сектора. Да и Банк России понизил ключевую ставку на очередные 0,25 пункта, опустив ее до 9%. Глядишь, к концу текущего года будут и все восемь!

 На прямой линии президента прозвучало еще несколько важных моментов. Прежде всего, главной задачей объявлена борьба с бедностью. Причем рост доходов населения должен обеспечиваться за счет общего развития экономики, повышения производительности труда, повсеместного внедрения информационных («цифровых») технологий и, безусловно, повышения качества управления.

 На этом пути нас всех ждет просто непочатый край работы! Превращение России в зажиточную страну «первого мира» может быть решено только за счет ускоренного развития высокотехнологичных отраслей, создающих большую добавленную стоимость, обеспечивающих спрос на квалифицированный высокооплачиваемый труд. Причем, задача эта комплексная, требующая одновременного подъема в качестве образования и количестве НИОКР, создания рынка сбыта для отечественной высокотехнологичной продукции с помощью усилий государства (потому как больше это сделать некому) и международной кооперации с дружественными странами, освоения и многократного расширения выпуска потребительских товаров вплоть до компьютерной техники, капиталовложений в благоустройство территорий, жилищное строительство, здравоохранение…

 Смотрится как утопия… Да, наверное… Точно, утопия. Однако, если сравнить сегодняшнюю Россию с ней же образца 2002-го или даже 2007 г., можно поразиться: какие огромные перемены произошли за 10-15 лет! Конечно, тогда нам сильно помогла дорогая нефть, но сейчас у нас есть опыт, полученный за эти годы, новые знания, понимание цели и… полнейшее отсутствие каких-либо путей для отступления! Как говорил один выдающийся государственный деятель из другой эпохи, или мы преодолеем этот путь за 10 лет, или нас сомнут. Ситуация — аналогичная!

 Как говорится, дорогу осилит идущий.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

РМ-Стил расширяет сортамент полосы

 

 Компания РМ-Стил успешно провела испытания полосовой прокатной стали для судостроения с обеспечением механических свойств материала марки стали D32W (с особыми условиями поставки). Проработка профиля полосы марки D32W была осуществлена для проекта строительства ДОКа на Дальневосточном заводе «Звезда».

 На данный момент производством РМ-Стил освоены марки стали А, B, D, A32-D40, E36, A40S, D40S и D32W стальных полос по ГОСТу Р 52927-2015. Профиль стальной полосы широко используется в строительстве, машиностроении, судостроении, электроэнергетике и мостостроении.

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Уважаемые коллеги и партнёры! Поздравляем Вас с днём конституции нашей великой Родины!

 

В день России мы желаем

 Хлебосольного стола,

 Чтоб всегда вы процветали,

 Чтобы спорились дела,

 Каждый день пусть будет праздник,

 Не стучится в дом беда,

 Пожеланий много разных,

 Будьте счастливы всегда!

 

Коллектив ООО «ЭнергоТехМаш»

ФРТП призывает усилить государственный контроль за применением бывших в употреблении труб.

 

 Проблему повторного применения бывших в употреблении труб в строительстве, а также способы ее урегулирования обсудили специалисты Фонда развития трубной промышленности (ФРТП) в рамках специализированной выставки «Металлоконструкции`2017» в Москве.

 «Стальные трубы все чаще применяются в различных металлоконструкциях и при их изготовлении важно обращать внимание на качество материалов, так как от этого зависит качество зданий и сооружений, и, как следствие, безопасность людей. Именно поэтому проблема использования бывших в эксплуатации труб становится как никогда актуальной», — отметил заместитель директора ФРТП Виктор Височкин.

 По экспертным оценкам, ежегодно в Российской Федерации для строительства различных объектов и ремонта в ЖКХ (тепловые, водопроводные и газораспределительные сети, мосты, порты, берегоукрепление, фундаменты и основания зданий и сооружений) неправомерно используется более 1 млн тонн бывших в употреблении труб. При этом рынок б/у труб, сформировавшийся с начала 2000-х гг., носит, в основном, теневой характер, и такая продукция реализуется без документов, удостоверяющих их качество и безопасность для дальнейшего применения.

  До недавнего времени использовать бывшую в употреблении трубу было довольно просто – нормативно-техническая документация, как в сфере ЖКХ, так и в сфере строительства, не регулировала повторное применение труб и других видов металлопродукции. Однако в 2016 году ситуация изменилась — по инициативе ФРТП в своды правил, регламентирующих строительство и эксплуатацию объектов с использованием труб, Министерством строительства и ЖКХ РФ были внесены поправки, предусматривающие ограничение применения бывших в употреблении стальных труб.

 Сегодня ФРТП продолжает разрабатывать новые предложения по внесению изменений в нормативно-правовые и нормативно-технические документы по вопросу регулирования повторного применения стальных труб в строительстве и ЖКХ, взаимодействовать с надзорными органами в сфере строительства и охраны окружающей среды по вопросам разработки эффективных правовых и административных механизмов контроля за нарушениями, связанными с применением бывших в употреблении труб, проводить мониторинг строительства инфраструктурных объектов, сетей ТЭК и ЖКХ на предмет незаконного использования стальных бывших в эксплуатации труб.

 «Необходимо завершить внесение изменений в нормативно-техническую документацию и усилить государственный строительный контроль и надзор с учетом установленных ограничений на повторное применение бывших в употреблении труб и другой металлопродукции», — подчеркнул Виктор Височкин.

 При этом эксперт обратил внимание на существующие проблемы при актуализации строительных сводов правил, прежде всего, на закрытый характер процедуры: до официального опубликования СП нет возможности оценить, какие предложения по внесению изменений были приняты разработчиком, а какие нет и почему; не регламентированы также и сроки внесения изменений.

 ФРТП призывает усовершенствовать процедуру разработки, пересмотра и внесения изменений в строительные своды правил с целью нормирования этапов и сроков разработки, придания публичного характера вопросам обсуждения и отработки поступивших замечаний и вовлечения в процесс большего количества профильных специалистов и экспертов.

 Кроме того, существующая нормативно-техническая документация сдерживает применение в строительстве инновационных материалов, отметил Виктор Височкин. Для стимулирования использования в строительстве современных материалов, в том числе для изготовления и возведения стальных конструкций, ФРТП выступает с инициативой начать актуализацию доказательной базы к ФЗ-384 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», в частности, поручения Правительства РФ 1521 от 26.12.2004 и Приказа Росстандарта №365 от 30.03.2015.

 

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Со второй половины июня рынок стальной продукции должен улучшиться

 

 В июле текущего года на российском рынке стали должно начаться движение вверх, спрогнозировал на юбилейном конгрессе РСПМ Денис Лядов, директор ООО «Торговый дом ММК».

 По его словам, в конце прошлого года российские металлургические компании подняли цены на стальную продукцию, руководствуясь увеличением себестоимости. Однако весной фактически на полтора месяца закрылись дороги, резко сократились отгрузки. В результате произошло затоваривание, ставшее одной из причин падения цен.

 Как отметил Денис Лядов, нынешняя ситуация в России во многом определяется на мировом рынке. Но очень важно и положение в российской экономике. Нехватка денежных средств и отсутствие оборотного капитала ограничивают платежеспособный спрос на стальную продукцию.

 Тем не менее, погода улучшилась, строительный сезон никто не отменял. Поэтому, как считает Денис Лядов, со второй половины июня рынок должен улучшиться.

 В текущем году «Торговый дом ММК» планирует продать на российском рынке более 1 млн. т стальной продукции и порядка 200 тыс. т в Казахстане.

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Королевский Трубный Завод развивает производство трубной продукции для заводов металлоконструкций

 

 На проходящей на этой неделе в Москве (ЦВК Экспоцентр) Международной специализированной выставке Металлоконструкции’2017 Королевский трубный завод активно продвигает продукцию, которая освоена на площадке воронежского подразделения КТЗ – профильную трубу размером сечения от 140х140 до 250х250 мм, которая применяется в качестве подката у заводов металлоконструкций. В этом году в данной линейке были освоены профильные трубы из стали 09г2с, рассказал журналу «Металлоснабжение и сбыт» Никита Пуртов, руководитель отдела региональных продаж завода.

 В настоящий момент на площадке в Воронеже работает три стана, способные производить до 20 тыс. т продукции ежемесячно (станы 250, стан 114 и стан 76). Загрузка оборудования находится на уровне 70-80%.

 

 

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»